Щит и меч (фильм)

Ляп №3

В фильме есть незначительные неточности, касательно ССовской формы может означать: Форма предмета — взаимное расположение границ (контуров) предмета, объекта, а также взаимное расположение точек линии.

На левом рукаве деталь одежды, закрывающая руку они носили красную повязку мягкое или жёсткое приспособление, закрепляющее перевязочный материал (иногда содержащий лекарственные или другие вещества) на поверхности тела больного со свастикой. На верхнем кадре фрагмент кино- или видеоряда, отдельное изображение или отрезок киноплёнки так оно и есть. Всё правильно.

Но главные герои (Вайс, оба Шварцкопфа, Папке и другие) на левом вид хищных млекопитающих, один из четырёх представителей рода пантер (Panthera), относящегося к подсемейству больших кошек (Pantherinae) в составе семейства кошачьих (Felidae) рукаве имели нашивку — орёл может означать, Такая нашивка была на серой форме, но не на чёрной!

В то же время форма протекания физических и психических процессов, условие возможности изменения, когда Вилли Шварцкопф ходил на совещание к Гитлеру, он всё-таки надевал повязку (третье фото).

Кроме повязки, здесь ещё множество неточностей по форме (орлы на фуражках, черепа невероятного размера и формы, поясные ремни элемент одежды, представляющий собой длинную кожаную, тканую, или составную металлическую ленту, снабженную металлической или (реже) пластиковой застежкой (пряжкой) с передней стороны, плечевые ремни…), но на этом я не буду заострять внимание — статья получится скучной

Советский «Джеймс Бонд»

Но в кино все далеко не как в жизни, и исторические неточности неизбежны. Впрочем, были и такие режиссеры, которые стремились максимально передать атмосферу той обстановки, которая царила в высших эшелонах Третьего рейха, и как можно больше приблизить образ советского разведчика, заброшенного в тыл врага, к реальности. Одним из таких режиссеров был Владимир Басов, также известный нам по своим замечательным киноролям. Его картину «Щит и меч» многие критики признают первым фильмом, который развенчал ряд мифов о советской разведке. В прессе часто пишут о том, что из-за этого фильм многие раскритиковали: мол, как же так – главный герой какой-то серый и неприметный, а фашисты – умные, интеллигентные, образованные, да еще и обладающие простыми человеческими чувствами!

Несмотря на эти новшества, зрителям фильм понравился: первую из четырех серий – «Без права быть собой», вышедшую в 1968 году, в кинотеатрах посмотрели 68,3 миллиона человек. Это был несомненный лидер проката. Сегодня кинолента занимает девятую строчку в рейтинге самых кассовых фильмов Советского Союза.

В прессе нередко пишут о том, что критики едва не разнесли «Щит и меч» в пух и прах. Александр Шпагин спешит развеять этот миф. «Успех этой картины был колоссальнейший. Любшин вышел на одно из первых мест как лучший актер года по зрительскому опросу. Отрицательной критики на эту картину не было! Это фейки и полная глупость. Фильм был принят абсолютно восторженно», – утверждает киновед. Впрочем, он не отрицает, что так называемые «левые» критики нашли пару слабых моментов в картине, но все же большинство людей ее хвалили.

«Щит и меч» был государственным заказом: руководство страны искало способ отметить 50-летний юбилей внешней разведки. В итоге было решено снять фильм на основе одноименного романа Вадима Кожевникова. Впрочем, здесь тоже все было непросто. Первоначально Кожевников хотел написать книгу о советских разведчиках в Америке в годы холодной войны. В качестве прототипа главного героя он выбрал прославленного советского разведчика Вильяма Фишера. В Америке он много лет вел двойную игру под псевдонимом Рудольф Абель, что созвучно с фамилией персонажа «Щита и меча» – Александра Белова. Кожевников написал первую главу и показал ее самому Абелю, однако тот категорически отверг труд автора.

Ляп №6

Сцена расстрела/проверки Тестирование Инвентаризация Допинг-контроль Проверка подлинности Служебная проверка Проверка орфографии Проверка на дорогах Камеральная налоговая проверка Выездная налоговая проверка Проверка нашего разведчика Йогана Вайса, он же Александр Белов.

Белова поставили в метре единица измерения длины в Международной системе единиц (СИ), одна из семи основных единиц СИ. Также является единицей длины и относится к числу основных единиц в системах МКС, МКСА, МКСК, МКСГ, от стены единица измерения силы в системе единиц МТС, применявшейся в СССР с 1933 по 1955 годы. 1 стен равен силе, которая, воздействуя на массу в 1 тонну, сообщает ей ускорение 1 м/с². 1 стен = 1 т·м/с² =. Шеренга автоматчиков буквально в 3-х метрах от несчастного.

Звучит команда и изо всех стволов, длинными очередями Очередь — определённый порядок в следовании или в движении чего-либо или кого-либо, фашисты стреляют мимо Вайса в стену. Пули снаряд (поражающий элемент) стрелкового оружия попадают в стену, буквально по контуру силуэта Вайса. После этого, ему сообщается что это была проверка и его увозят.

Хоть они и не целились в Вайса, тем не менее уйти целым и невредимым у него вряд ли получилось бы.

Во первых — рикошет. При такой позиции, очень высока вероятность поражения рикошетными пулями.

Во вторых. Осколки кирпичей также доставили бы неприятности тому, кто стоит у стены.

В третьих. Длинная очередь из МР-40 не обеспечивает хорошую кучность, а значит… кто-нибудь из стрелявших мог задеть Вайса немецкая и еврейская фамилия, а также топоним.

Не забудьте поставить ЛАЙК.

«Серые» и неприметные

Служба в разведке сопряжена с рядом трудностей и всегда покрыта тайнами. Разведчик может полжизни прожить в чужой стране, под чужим именем и скрывать свою деятельность даже от самых близких. Имена шпионов мы чаще всего узнаем уже после их смерти. А вот прижизненная слава для разведчика – плохой признак. Скорее всего, это значит, что тебя раскрыли.

Неудивительно, что об этих людях нам, обывателям, почти ничего не известно. О том, кто такие разведчики, как работает секретная агентура в России и за рубежом, мы привыкли узнавать из кино и книг – тем более, что написано и снято на эту тему немало. Можно смело утверждать, что в советском кино, к примеру, фильмы о тайных агентах – это целый отдельный жанр. «Семнадцать мгновений весны», «Ошибка резидента», «Подвиг разведчика», «Мертвый сезон», «Путь в Сатурн» – ради этих картин советские зрители толпами штурмовали кинотеатры.

В главных героев здесь сложно не влюбиться: статная фигура, блестящий ум, рыцарская отвага – все при них. Тем временем, нацисты тоже весьма харизматичны: жесткие, строгие, в черных, как смоль, мундирах с иголочки – с экранов так и веяло холодом. Только мало кто знает, что ту самую черную форму офицеры СС носили еще до Второй мировой войны, а к 1939-му году она стала использоваться исключительно в торжественных случаях. Так что, в годы Великой Отечественной войны, когда в ряды нацистов активно внедрялись советские разведчики, эсэсовцы больше походили на серых, невзрачных мышей в мундирах «крысиного» цвета.

Да и наши агенты редко выглядели, как красавцы с подиума: чаще всего в разведку брали людей неприметных, неброских – одним словом, «обычных», которые совершенно не бросались в глаза. Чтобы убедиться в этом, достаточно взглянуть на фотографии таких знаменитых шпионов, как Вильям Фишер (Рудольф Абель), Вилли Леман, Анатолий Гуревич (кстати, двое последних считаются прототипами Штирлица!). Все они имели среднестатистическую внешность и легко могли раствориться в толпе.

Шедевр графомана

Так на свет появилась книга о разведчике Александре Белове (имя Кожевников менять не стал), приехавшем в Германию в 1940 году под именем немца-репатрианта Иоанна Вайса. По одной из версий, новым прототипом Белова стал другой герой войны – известный разведчик-диверсант Александр «Зорич» Святогоров.

На главную роль в фильме пробовались несколько актеров, но выбор пал на Станислава Любшина. Сотрудники разведки, бывшие консультантами на съемочной площадке, подтвердили: таким и должен быть настоящий секретный агент.

Снимать картину доверили успешному в то время режиссеру и актеру Владимиру Басову. Басов пользовался славой одного из самых «быстрых» режиссеров, которые могут в короткий срок снять то, что от них попросят – а это и было нужно заказчикам картины. Однако Басов, сам бывший фронтовик, не хотел снимать очередной пропагандистский фильм, где бравые советские шпионы обводят вокруг пальца карикатурных немецких офицеров, воруя государственные тайны у них прямо из-под носа.

Из-за своей педантичности Басов не успел сдать картину к юбилею органов госбезопасности, за что его неоднократно вызывали на ковер. Зато режиссеру удалось наполнить фильм такими деталями, которые сделали его неповторимым. К примеру, «Щит и меч» был первой советской кинолентой, где так аккуратно и точно подобран музыкальный фон. Так, в первой серии, в сцене прибытия поезда с репатриантами в Кенигсберг, звучит швейцарская народная песня «Schwarzbraun ist die Haselnuss» (Черно-коричневый орешник), написанная в XVIII веке. Затем оркестр исполняет инструментал «Эрики» Хермса Ниля – одной из самых популярных маршевых песен немецкой армии в годы Второй мировой войны. Также в фильме звучит популярный Баварский вальс, знаменитая во всем мире австрийская народная песня «Ах, мой милый Августин» и даже гимн Национал-социалистической немецкой рабочей партии (НСДАП). И, конечно же, благодаря «Щиту и мечу» у нас появились такие замечательные песни, как «С чего начинается Родина» и «Махнем не глядя», написанные композитором Вениамином Баснером. В конце 60-х их напевала вся страна.

Басов также сыграл в картине небольшую роль чекиста Бруно. Сцена его гибели – пожалуй, одна из самых волнующих как в книге, так и в кино. Бруно жертвует собой, пытаясь предупредить о нападении немцев на Советский Союз.

«Мне очень нравится образ Бруно – этого грустного человека, который передает главному герою какие-то сведения и погибает практически в самом начале фильма. Басов предстает очень неожиданным в этой своей обреченности, показывает нестандартный образ разведчика. Поэтому мне в этом фильме Бруно был интересен даже больше, чем Белов», – признается Шпагин.

Немцы вызывали сочувствие

«Щит и меч» необычен еще и тем, в каком ключе в нем показаны немцы. Безусловно, это враги, среди которых много жестоких и бессердечных людей. Но Кожевников и Басов сумели изобразить и другую сторону жизни немецкого народа – угнетенного, безвольного, попранного «железной пятой» фашизма. Ярким примером таких людей, которые не хотели этой войны, стала пара глухонемых немецких агентов. В фильме их сыграли Елена Добронравова и Николай Граббе. Несмотря на то, что их герои по сюжету на стороне врага, им невозможно не сопереживать. Супруги были завербованы гитлеровской разведкой, но однажды, когда женщина забеременела, ее схватили, насильно сделали кесарево сечение и убили ребенка, чтобы он не мешал ее агентурной деятельности. Убитую горем пару отправили «на карантин», где они и познакомились с Вайсом. Несколько раз супруги пытались покончить с собой, но безуспешно – их каждый раз останавливали. Рейх не мог позволить себе потерять столь ценные кадры…

Сюда же можно отнести образ молодого Олега Янковского. Кстати, актера на роль Генриха Шварцкопфа, друга главного героя, искали очень долго, а нашли случайно. Владимир Басов вспоминал, как в одном из кафе Львова увидел за соседним столиком молодого человека и тут же сказал жене: «Вот этот бы отлично подошел на Генриха. Так ведь, наверное, не актер. Скорее всего, физик или филолог». Но юноша оказался актером, который приехал в город на гастроли вместе с театром. Вскоре Янковский был утвержден на роль Генриха, которая дала яркий старт его карьере в кино.

И Янковский, и Любшин настолько вжились образы в своих героев, а их костюмы так напоминали настоящие мундиры нацистов, что однажды с ними произошел курьезный случай. Любшин в интервью рассказывал, как они с Янковским и Масюлисом, игравшим оберфюрера СС Вилли Шварцкопфа, были на съемках в Берлине и решили пойти перекусить. Когда актеры в полной амуниции зашли в местную забегаловку, весь зал встал и отдал приветствие. Актеры не растерялись, тоже отдали честь и ушли восвояси. «Так потом голодные и играли этих проклятых фрицев», – вспоминал Любшин.

По мнению Шпагина, одним из главных достоинств фильма «Щит и меч» стал намеренный уход от пафоса и бравады, которая до этого господствовала в советском кино. Зрителей, наконец, перестали пичкать штампами, образами «Джеймсов Бондов», и – что самое главное – создатели фильма сделали его неоднозначным, а персонажей не стали делить на «черных» и «белых».

«Это было важно, потому что фильм «Щит и меч» открыл дорогу таким картинам, как «Мертвый сезон», «Семнадцать мгновений весны», «Ошибка резидента», «Человек без паспорта» и так далее. Правда, дорога была открыта не надолго, потому что дальше фильмы про разведчиков снова превратились в полную «залипуху»

Но какой-то период был интересным, любопытным, потому что в нем возникала некая неоднозначность. Сознание общества постепенно менялось и усложнялось. Это были только первые наброски. В полном тумане идеологическом, полном, я бы даже сказал, болоте – это первая тропка к чему-то светлому, к большему пониманию сложности жизни и войны…», – заключил Александр Шпагин.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector